Наказание без преступления

Брат оппозиционера Алексея Навального Олег Навальный, осужденный на три с половиной года колонии по так называемому делу "Ив Роше" вышел на свободу.

***

В декабре 2014 года Олега Навального приговорили к трем с половиной годам лишения свободы, признав виновным в мошенничестве при заключении контрактов с компанией "Ив Роше". Его брат – Алексей Навальный – был приговорен по тому же делу к условному сроку. В материалах дела помимо прочего были и показания представителя ООО "Ив Роше Восток" Кристиана Мельника, который прямо заявлял, что какого-либо реального ущерба и упущенной выгоды вследствие сотрудничества с ООО "Главподписка" (фирма братьев Навальных) не было. ЕСПЧ постановил, что Россия нарушила в отношении Навальных статьи Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, гарантирующие справедливое судебное разбирательство и наказание исключительно на основании закона. Решение Европейского суда не было исполнено. Свой срок Навальный отсидел от звонка до звонка. «Я не злодей. Я не играю в карты, не торгую наркотиками. Определенно нельзя сказать, что я какой-то там злостный нарушитель. Я никогда не нарушал закон и дальше не собираюсь этого делать. Я пострадал потому, что правительству не нравится деятельность моего брата", – сказал Олег Навальный.Тем не менее, более полутора из трех с половиной лет заключения Олег провел в одиночной камере. Чтобы не сойти с ума от тоскливой повседневности, Навальный занимался, как он сам это называл, застенной живописью: рисовал картины. У обирали отбирали карандаши, книги, прибивали стул и тумбочку к полу в разных концах камеры, бетонировали розетку и изымали стол. В общей сложности за все время пребывания в колонии Олег семь раз попадал в ШИЗО. Причины были разные: не надел шапку, выходя в туалет, отжимался без куртки, не спал после отбоя, имел неосторожность проронить хлебные крошки на кровать. За постоянные "нарушения порядка" Олега перевели на так называемые строгие условия содержания. Эти условия предполагают ряд весьма значимых ограничений: одно долгосрочное свидание в год, никаких телефонных звонков и самое главное – запрещено перемещение по зоне (походы в библиотеку и столовую).

***

«– Товарищ Сталин, что делать с этим Цулукидзе? – спросил Берия… – А что он сделал? – спросил Сталин и в упор посмотрел на Берию. – Болтает лишнее, выжил из ума, – сказал Берия… – …Болтунов Ленин тоже ненавидел, – сказал Сталин задумчиво. – Может, выгнать из партии к чертовой матери? – спросил Берия, оживляясь. Ему показалось, что Сталин все-таки не прочь как-то наказать этого сукиного сына. – Из партии не можем, – сказал Сталин и вразумляюще добавил: – Не мы принимали, Ленин принимал… – А что делать? – спросил Берия, окончательно сбитый с толку. – У него, по-моему, был брат, – сказал Сталин, – интересно, где он сейчас? – Жив, товарищ Сталин, – сказал Берия, покрываясь холодным потом, – работает в Батуме директором лимонадного завода… – Как работает? – спросил Сталин строго. – Хорошо, – сказал Берия твердо, показывая, что свою неприязнь к болтуну никак не распространяет на его родственников, а знание деловых качеств директора лимонадного завода – простое следствие знания кадров со стороны партийного руководителя. – Пусть этот болтун, – ткнул Сталин трубкой в невидимого болтуна, – всю жизнь жалеет, что загубил брата. – Гениально! – воскликнул. Берия»

Фазиль Искандер, «Сандро из Чегема, Пиры Валтасара»