Правозащитники или кремлезащитники?

Как стало известно, из президентского Совета по правам человека (СПЧ), хлопнув дверью, уходит один из наиболее одиозных его членов – Максим Шевченко: «Участвовать в этом спектакле я больше не хочу». Само пребывание в этой организации  господина с такой репутацией, противоречит ее цели. Как может откровенный антисемит защищать права человека? Правозащитник ─ антисемит, такое же нелепое сочетание, как, например, православный чекист. Поводом для его выхода из СПЧ послужило появление на массовых акциях протеста на Пушкинской площади в Москве самодеятельных «охранников порядка», активистов прокремлевского движения НОД и людей в камуфляже и казачьих папахах. Эти, так называемые, ряженные «охраняли порядок» с помощью кулаков и нагаек, что привело к безобразным сценам насилия в центре столицы. Шевченко потребовал публичного резонансного заседания с привлечением силовиков, пострадавших, журналистов, представителей этих самых так называемых казаков. Но, внятной реакции на это не последовало. Сам Шевченко так объяснил свой демарш: «Я объявил, что выхожу из состава СПЧ, в котором я не получал ни копейки зарплаты, но который давал мне определённые возможности, определённый статус, потому что считаю, что эти возможности не реализовались в полной мере, а этот статус оказался фиктивным. Я не хочу больше обманывать ни общество, ни президента, делая вид, что мы защищаем права человека. В том виде, в каком СПЧ существует сегодня, он не может защищать права человека. Главное его достижение – это установка памятника жертвам политических репрессий 1930-х годов. А жертвы политических репрессий 2000-х годов, очевидно, не входят в число приоритетов для рассмотрения Советом». После такого поступка не самого яркого «правозащитника» ─ какое может быть доверие к оставшимся членам СПЧ? И еще вопрос, ─ если организация в чью обязанность входит защищать права граждан так относится к своим обязанностям, то какой защиты можно ожидать от судей?