Я не согласен ни с одним словом, которое вы говорите, но готов умереть за ваше право это говорить... Эвелин Беатрис Холл

независимый интернет-журнал

Держись заглавья Кругозор!.. Наум Коржавин
x
май 2013

Я ВСПОМИНАЮ

Избранное

Пойдем на Брайтон в ресторан, моя родная.
Нам нужен этот балаган, зачем - не знаю.
Там будет много разных блюд и с выпендрежем.
И пропитает русский дух белье и кожу.
Официанты будут там, - что вышибалы.
Там будет шум, там будет гам, и горя мало.
Бриллианты будут - будь здоров, в обтяжку - ляжки,
у кавалеров от прыжков мокры рубашки…

КОРЧАК

1

Опять вы про "это"?
Зачем вы про "это"?
Погромы и смерти, страдания, гетто…
Другие народы не любят, учтите,
чтоб кто-то кричал о своем геноциде.
Как будто изгнание - ваша заслуга.
С ярмом отчужденья извечно по кругу
упреком, намеком, бельмом на планете
Израиля неугомонные дети.
Не правда ль, удобно, что попеременно
иные народы сходили со сцены?
Без воплей и стонов, бесшумно и просто,
сбегая с дощатых дешевых подмостков…

2

Корчак - имя корневое,
крепкое, приметное,
словно пулемет стрекочет,
словно крик бросает кочет
в темень предрассветную.
Корчак… Может, ближе к корчам?
Кормчему - да к гавани?
Нет, скорее - колокольчик,
бабочка за ставнями.

3

Не стройно, не в ногу,
не так, как солдаты,
по улице в небо
уходят ребята.
Еще не нассорившись,
не наигравшись,
уходят на небо
по Химмельфартштрассе.
Колышутся в поле
цветы и былинки,
но в небо нас требует
кто-то с Треблинки.
Глаза без слезинки,
а руки без хлеба…
Уходим, уходим
по улице в небо.

Ведь кто-то упорно
зовет нас на небо.
Нас всех и еще
грустноглазого ребе…

4

Я не узнаю, доктор синеглазый,
как вы погибли, задохнувшись газом,
что напоследок вы сказали детям -
наверно, помнит только Ангел Смерти.
А смерть, она всегда пребезобразна.
Вы слышали ль про доктора Гааза?
А доктор Швейцер, что вам  это имя?
Знакомы ль вы с собратьями своими?
"Как можно жить, когда погибнут дети?" -
шепнул вам торопливо Ангел Смерти.
"Кто их приободрит и успокоит?
И что за жизнь, когда терзает совесть?"
Не думаю, чтоб были колебанья.
Ваш путь и постиженья и призванья
так долог, что и смерть не оборвала,
но все же вас на свете, доктор, мало…

5

Пока на земле нет небесного царства,
и пытки как альтернатива лекарствам,
и братских могил громоздятся лафеты
мы будем (вы слышите?), будем про "это".
Пока еще есть почитатели Торы,
пока не предстали на суд мы нескорый,
пока будут жить чудаки и поэты
мы будем, мы будем, мы будем про "это".


* * *

Я снова вспоминаю дом.
На кухонной стене картину:
арбуз и семечки на нем,
блестя наивностью старинной.
Что ныне мне в арбузе том?
Облупленное кресло. В нем
я сиживала у камина,
а рядом отчий друг старинный
смеялся, сидя за столом.
А синий бабушкин альбом,
сцепив застежки из металла,
хранил портреты чьи попало,
наклеенные на картон.

Зачем из этого гнезда,
какой стихией, чьим сознаньем
теперь я вырвалась сюда,
гоня вперед воспоминанья,
как непослушные стада?!

 

РУССКОЕ КАФЕ
  
Валерии Коренной

В русском кафе, что бывают и краше,
где кормят прилично гречневой кашей
(впрочем, не думаю, чтобы спаржу
там подавали даже владельцу) -
официант вымогает подать,
в дыму курильщиков вянет похоть,
и в полумраке сгущенном локоть
может просыпать на скатерть перца -

пела актриса голосом низким,
и кто-то упорно жевал редиску,
и парень ловил слова гитаристки,
одновременно любуясь соседкой.
Но пела дева не в хоре церковном
своим знакомым и незнакомым,
и было это далеко от дома -
Большой Садовой иль Павелецкой.

И позабылся чужой Манхэттен,
что холодно в мире февральском этом,
что марихуану курят где-то
не далее, чем за квартал от пенья.
Но пела приехавшая с Востока
о грустной любви, и пенилась кока,
и было то сладко или жестоко? -
кто слезы лил, кто терял терпенье.

А после очередного куплета
дружно схватились за сигареты,
и зеркало запестрело клозета
отображеньем спешащего люда.
Ее поздравляли и жали ручку.
Порхала бабочкой авторучка,
автографы выдавая поштучно
поклонникам, этим смешным занудам.

Потом выступал восторженный критик,
и некто открыл под парами митинг,
и мы, памятуя о Гераклите,
прощались  с угрюмым официантом.
И долго, в холодном трясясь сабвее,
мне слышался голос и ныла шея,
желая склониться и все ж не смея
перед Морфеем или талантом.

 

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ПРОСМОТР

Просмотр. Игра в четыре длани
по длиннозубой фортепьяне.
Партнер мой страхом приарканен,
впечатан в черный круглый стул.
Педагогини басовитой,
осанистой и боевитой,
с многозначительною свитой
боимся. Каждый б драпанул!

Как будто некие шпионы,
как будто воры вне закона,
как будто наша роль позорна -
в испарине сидим и ждем.
До замысла ли нам Клементи?
Мы - заблудившиеся дети
на людоедовском банкете.
Еще минута - пропадем.

Ну, все! Итак, мы начинаем,
мы промыслу себя вверяем,
и друг на друга смотрим краем,
краями бегающих глаз.
Но вдруг из пяток иль из почек
возникло то, что в нас хохочет,
что нас очаянно морочит,
до колик потрясает нас.

Страх отзывается вдруг смехом,
что дребезжит, чреватый эхом,
и каждый, был бы человеком -
нас пожалел за этот смех,
что, порожден известным страхом,
нам угрожает явным крахом
и все вот-вот рассыплет прахом -
мы станем дурнями для всех.

Мы сбились к ужасу собранья.
Боимся встретиться глазами,
и наши жалкие старанья
увенчаны (увы!) ничем.
Наш педагог метает громы.
Нам не смешно. Что скажут дома?
Что скажет тот и тот знакомый?
Что мы с ума сошли совсем?

Клементи ж нам сказал, целуя:
"Май за окном давно ликует.
Скажите, дети, алиллуйя:
все зеленеет и цветет.
К чему томить себя напрасно?
Вы не для музыки, что ясно.
Она ж без вас вполне прекрасно
на этом свете проживет".
    12-13 мая 1992 г.

* * *

Еще до встречи мы разлучены.
Кому угодно было так - не знаю.
Наверно, правда, что судьба слепая.
Еще до встречи мы разлучены.

Мы нежностью, мы горечью пьяны,
а за спиной уже давно судачат.
Напрасно нам завидуете, знайте:
еще до встречи мы разлучены.

Когда твой взгляд я на себе ловлю,
тот взгляд, что восхищенно-долго длится,
чью музыку мы оборвать должны,
я понимаю, как тебя люблю.
Мне от твоих объятий не укрыться.
Еще до встречи мы разлучены.


* * *

Римме Коган

Пойдем на Брайтон в ресторан, моя родная.
Нам нужен этот балаган, зачем - не знаю.
Там будет много разных блюд и с выпендрежем.
И пропитает русский дух белье и кожу.
Официанты будут там,  -  что вышибалы.
Там будет шум, там будет гам, и горя мало.
Бриллианты будут - будь здоров, в обтяжку - ляжки,
у кавалеров от прыжков мокры рубашки.
Там будет чей-то юбилей или бар-мицва,
и среди множества гостей легко забыться.
Пропахнем водкой, табаком, духами, потом,
а мысли - словно помелом: одна икота.
Веселье будет тамада вздымать натужно,
ему покорные стада охрипнут дружно.
Там позолота, мрамора, как в ханской бане,
и шоу блещет до утра, увы, телами.
Певец в жилетке слезно так споет о шмоне,
что разрыдается завмаг, как вор в законе.
И натолкавшись до стыда со всей ордою,
мы скажем: больше никогда и ни ногою.

24 июля 2001 г.
 

* * *

Александру Кушнеру

В наш Бруклин приехал поэт знаменитый
И светится город, дождями умытый:
Приехал маэстро, прекрасный Поэт!
А я Пенелопа,  прикована к пряже,
Не встречусь с поэтом и он не подскажет
И мне не раскроет искусства секрет.

Работы, заботы - какая досада!
Мне видеть его обязательно надо:
Когорта бессмертных не так уж длинна.
Но так уж судьбе близорукой угодно,
Что я не свободна, увы, не свободна
И в этом, отчасти, моя есть вина.

Придут графоманы и полные дамы,
Придет эмиграция дряхлая самая
И что помоложе. Навалит толпа.
Все, кто равнодушны и неравнодушны
Придут непременно поэта послушать.
А я не смогу. Вот такая судьба.

Я предана прялке и пряжей обмотана
Увы, в выходные я тоже работаю.
Напрасно, должно быть, но так уж стряслось.
Поэт же, предмет моего непокоя,
Возникнет, умчится в турне дорогое
И мне повидать его не довелось

А время уходит под стук метронома.
Стареют артисты, стареют знакомые.
Мы тоже стареем немного, пустяк.
И Случай мальчишкой задорным дразнится
Со старой Судьбою, которая злится,
Но все ж сорванца не ухватит никак.

28-29 сентября 2007 г.


САРАТОГА

Во мне рождает Саратога
Необходимость монолога.
Беседы с Богом и душой.
Стареть невыносимо грустно,
О чем нам говорит искусство.
"Банально, Хоботов", друг мой!

Здесь пруд, где был написан "Ворон",
чей автор Эдгар По, кто помнит.
А кто не помнит -  не беда.
Сюда спешил beau mond столичный:
Бега и воды, все приличья.
И узы брака навсегда.

Красивый город, славный город,
Он, словно светский лев, немолод,
Свое достоинство блюдя.
Осенний воздух свеж и горек.
Библиотекарши Нью-Йорка
Слегка покой его мутят.

Тут конференция в разгаре.
И выставки и трали-вали,
И много бесполезных дел.
И все полны энтузиазма -
Эмоции весьма заразной,
Болезни временной прострел.

Они уедут, эти дамы.
И город отряхнет упрямой
Своей стареющей главой,
И водопад с дерев обрушит
На землю мокрую, на лужи,
И снова обретет покой.

Ноябрь 2008 г.

* * *

Накануне любви маета-суета.
Осознаешь, что жизнь, к сожаленью, не та.
Дует в окна, ночник слишком ярко горит
Накануне любви, накануне любви.

И не веришь, что ты человека найдешь,
Ты уверен: весь век бобылем проживешь,
И коль что позабыл, на себя лишь пенять
Остается: тебе одному куковать.

Слишком странен, и ни на кого не похож.
Что посеял, конечно, то сам и пожнешь.
Ты смирился, забыл, что когда-то мечтал.
Скрипку ты отложил и смычок потерял.

И когда равнодушие вступит в права,
И когда охладеет твоя голова,
Вот тогда-то внезапно, нежданно придет
То, что долго искал, поразит тебя влет.

Абсолютно некстати, нет, ты не готов...
Но любовь не щадит, потому что любовь
И вступив  в поединок, ввязавшись в бои,
Позабудешь, как жил ты один, без любви.

6 октября 2010 г.

Не пропусти интересные статьи, подпишись!
facebook Кругозор в Facebook   telegram Кругозор в Telegram

ПРОТИВОСТОЯНИЕ

Борьба за мировое лидерство или драка за планетарные ресурсы?
Борьба за мировое лидерство или драка за планетарные ресурсы?

Суть и смысл войны в Украине становятся понятными лишь с осознанием того, что она является эхом глобального кризиса. И что подобное эхо будет звучать в разных уголках Земли всё чаще и чаще…

Сергей Дяченко октябрь 2022

ИСТОРИЯ

«Герр полицай» какими были добровольные помощники Гитлера
«Герр полицай» какими были добровольные помощники Гитлера

Для поддержания «нового порядка» на оккупированных территориях у германского командования не хватало своих солдат. И тогда на службу во вспомогательную, а затем и в специальную полицию стали принимать местных коллаборационистов.

Сергей Кутовой октябрь 2022

55 ЛЕТ СО ДНЯ СМЕРТИ ЧЕ ГЕВАРЫ

Последний поход Че (поэма памяти Эрнесто Гевары)
Последний поход Че (поэма памяти Эрнесто Гевары)

Пока моё сердце бьётся,
Покуда тверда рука
Мне выбирать не придётся,
Дорога моя - борьба!

Сергей Дин октябрь 2022

Держись заглавья Кругозор!.. Наум Коржавин

x
Исчерпан лимит

Исчерпан лимит гостевого доступа

Пожалуйста, зарегистрируйтесь, чтобы получить безлимитный доступ к публикациям на сайте.

Регистрация беслатна и конфенденциальна

Регистрация

Уже зарегистрированы? Вход

или

Войдите через Facebook