Бостонский КругозорБРАТЬЯ НАШИ МЕНЬШИЕ

Знакомство

…Собака села и слушала меня, затаив дыхание.

- … потом, конечно нужен укроп. Его я резал мелко-мелко. И все тщательно перемешивал…

- А когда же уже есть можно было? - не выдержала собака.

- Буквально сразу после этого! - утешил я ее. И… что-то стало мне не по себе. Говорить трудно…

Она стояла возле магазина и кого-то ждала.

- Можно, я постою с вами? - попросил я.

- Вот еще! - не совсем приветливо ответила она. - Иди, знай, что у вас на уме. А вдруг вы решили меня украсть!

- Я бы с удовольствием, - признался я, - но меня никто еще не научил красть собак.

- И чему вас только учат? - очень логично сокрушилась она, всплеснув лапами. - Вот моя… - и она затруднилась в поисках названия, поэтому просто махнула хвостом в сторону магазинной двери, - готовить совсем не умеет. Покупает мешки со всяческим кормом и сыплет мне в миску, причем, по часам. Нет, чтоб самой, своими руками…

Она замолчала. Видимо, огорчилась.

- Когда у меня была собака… - вырвалось вдруг, - я сам готовил ей еду.

- Правильно и мудро! - одобрила собака. И тут же полюбопытствовала:

- А какую?

- Долго рассказывать…

- А куда нам спешить?

Меня обрадовало это "нам", и я приступил:

- Ну, конечно, каша. Лучше всего гречневая. Туда натирается морковка и бурачок. И сразу все надо полить подсолнечным маслом. Нерафинированным! И перемешать. Потом, конечно, колбаса. Она режется кубиками…

Собака села и слушала меня, затаив дыхание.

- … потом, конечно нужен укроп. Его я резал мелко-мелко. И все тщательно перемешивал…

- А когда же уже есть можно было? - не выдержала собака.

- Буквально сразу после этого! - утешил я ее. И… что-то стало мне не по себе. Говорить трудно…

- Вот так… - только и вымолвил. - Вот так…

- А у меня хозяйка… - ткнулась мне в ладонь мокрым кожаным носом собака. - Она тебе понравится. Вот увидишь. Распустеха, конечно, но славная. И гулять со мной любит. Долго! С другой стороны, что ей еще делать? - и она смешно развела уши в сторону.

Из магазина вышла молодая женщина и бросилась к нам. В глазах у нее билось беспокойство.

- Что вы! - успокоил я ее, мы просто разговариваем.

- Разговариваете? - удивилась она. - Как это?

- Просто… Она спрашивает, я отвечаю…

- Ну, и что она вам уже наговорила? - иронично подняла брови женщина.

- Не беспокойтесь. Никаких тайн. Разве что… То, что вы никогда сами не готовите ей еду, а сыплете в миску брикетики из мешка!

- Предательница! - обиделась женщина на собаку. И тут же еще больше огорчилась:

 - Я не умею готовить собачью еду… Я и человечью не очень…

- Я ей все рассказал, а она вам передаст…

- Но я ж не умею с ней говорить!

- Ну, этому-то вы научитесь быстро…

- Откуда вы знаете?

- Знаю… А хотите я при вас приготовлю ей еду, а вы посмотрите.

- Это вы намекаете, чтоб я пригласила вас к себе… А как на это отреагирует мой муж?

- Никак! - уверил я ее. - Нет у вас мужа…

- Это она тоже вам рассказала? - покраснела женщина. - А сватать она меня не пыталась?

- Пожалуй нет… Сватают, вроде, люди…

- Подумаешь, - фыркнула собака, - тоже мне специалисты! Пошли, что ли?

И мы пошли по улице. Женщина, я и собака между нами.

- Я б все равно не пошла за вас! - вдруг сказала женщина.

- Почему? - спросил я, но не удивился.

- Потому что вы любили бы не меня….

Она была права. Но все-таки, все-таки мы шли вместе и, кажется, впервые за много времени мне было хорошо.