Бостонский КругозорПОЗИЦИЯ

КУМИРЫ

…Как я уже сказал - мы здесь не о Быкове, а о Че Геваре. Но Быков так великолепен в своей политический сатире, что невозможно удержаться от восхищения. И удивления. Как можно иметь такую зоркость к российским дефектам, и одновременно такую слепоту к их источникам - "государственничеству" и социализмам всех мастей - остаётся только гадать. А закончить можно высказываниями Дж. Голдберга: "Умберто Фонтова описал Гевару как смесь Берии и Гиммлера... ...Гевара был неплохим писателем, но та же муза вдохновляла Гитлера на создание "Майн Кампф"... Его (Гевары) девизом было - "Если есть сомнения, надо убить". ...И он безусловно убил больше диссидентов и любителей демократии чем Муссолини. ...Вы бы надели одежду с портретом Муссолини на своего ребёнка? И позволили бы ему пить из чашки с изображением Гиммлера?" Задайте этот вопрос Быкову, когда увидите его выбирающим футболки себе и сыну.

Так случайно совпало - на Кубе объявили о некотором допущении частной собственности,  прошла очередная, никем  не замеченная годовщина  смерти Че Гевары, и мне попался очерк Дмитрия Быкова о нём.

Не передать, как преклонялся я перед Геварой в юности. Помню, как потускнел мир, когда я узнал о его  гибели, такой нелепой на фоне его ранних побед. Он был для меня очень важен: тогда  я уже начал понимать, что что-то прогнило в советском "датском королевстве",  и  стал искать иные  жизненные ориентиры. 

Че Гевара идеально подходил для "ролевой модели".  Обаятельный храбрец, покинувший достаток и ушедший воевать за бедных и обездоленных, совершенный бессребренник, ставший министром и снова бросивший комфорт ради партизанского отряда - много ли на свете найдётся таких беззаветных героев? 

Обстоятельства, в которых он действовал, добавляли к образу и были  прекрасным фоном для революционно-романтических сюжетов.  В Латинской Америке средины 20-го века было всё:  бурлившие политикой города -  и сонное царство полуфеодальной глубинки,  кичливое богатство на одной стороне - и беспросветная  бедность на другой.  У власти  сменялись опереточные диктаторы, отстреливавшие и истязавшие неугодных, впрочем, совсем не опереточным образом. Это было время, когда совестливый интеллектуал не мог колебаться  в выборе  взглядов, они могли быть только левыми.  Вариантов  "левизны" было много, но  самым достойным  выглядел один - марксистско-ленинский:  в то время как мирные реформы проваливались, социалистические революции по миру побеждали, и  их светоч - СССР - поражал  успехами от военных побед до спутников. Выбор был ясен, Гевара его сделал и удача  сопутствовала ему: Куба стала классикой революции, её романтическим символом...

Нет, что ни говори, а есть что-то неотразимое в революционных  победах. Какое воодушевление, какие надежды! Только... вы заметили как любят сценаристы всех жанров заканчивать повествование этими торжествами? Так же как писатели -  свадьбой?  Думаю, это для того, чтобы меньше было вопросов:  что было потом.

Сейчас, когда всё дальше уходит 20-й век но многое ещё помнится, стоит  подвести - хотя бы в общем - итог тех революций.  За ними устоялось название - социалистические. Те, кто от них не в восторге, называют их тоталитарными, находят в них общее с Великой Французской революцией и с тем, что произошло в Германии в 30-х годах прошлого века. Попробуем приглядеться.

Сделать это стоит  потому, что хотя  многое стирает время,  их идеи  продолжают жить и влиять на людей. Я вспоминаю об этом каждый раз, когда вижу  - уже сейчас, в 21-м веке - кумира моей молодости  Че Гевару, всё так же призывно глядящего  с плакатов и маек  от Рио до Рима, от Бангкока до Лондона. Бои со стрельбой  поутихли, но битвы идей всё идут, и стоит присмотреться - куда продолжают нас влечь его призывы. "Последней каплей", толкнувшей меня на эти заметки,  оказался очерк Д. Быкова "Ну Чё, Гевара?" ("Календарь. Разговоры о главном". М. Астрель, 2011, стр.325)

*    *     *

Дмитрий Быков написал столько, что,  думаю, он нам простит, если мы признаем некоторые его очерки слабыми, и названный опус - из их числа. Мы здесь - не о Быкове а о Геваре, но невозможно не заметить, что многим  россиянам  не стоит  писать о Западе:  другая  ментальность и слабая осведомлённость часто ведут к прямым ляпам. Так случилось и с Быковым,  с первых строк объявившим, что Че Гевара ни больше ни меньше как "развалил мир капитала" и "взорвал западное общество": вероятно, очерк писался во время очередного "кризиса",  произведшего на автора сильное впечатление. Таких кризисов даже на жизни  Быкова было много, и это могло бы удержать его от апокалиптического тона,  но на то и Россия, чтобы даже самые одарённые там не избегали  шаманских заклинаний о "развале Запада". При всей силе  Гевары его роль в нынешних кризисах сравнима с влиянием на них камнепадов на Луне.

С первых строк ясно, что Быков очарован Че Геварой - так же, как я в молодые годы. Очарован тем, что и до сих пор влечёт миллионы: борьбой за идеалы, "неравнодушием к чужим проблемам, упорством, самоотверженностью, бессребренничеством и начитанностью". Че "абсолютно бескорыстен, беспримесно романтичен"... Как не любить?

Тут внимательные слушатели  могут меня прервать и спросить: а почему об  увлечениях  молодости - с иронией? Что,  отзывчивость и самоотверженность, идеализм и романтичность с возрастом потеряли привлекательность? Отвечаю - нет, не потеряли. Обострилось лишь внимание к деталям.  Присмотримся к ним.

Есть  вещи настолько опоэтизированные, что сама попытка отнестись к ним без пиетета  вызывает неприязнь. "Безумству храбрых поём мы славу"... Как  не проникнуться? При словах - "Борец за идеалы..."  хочется встать и снять шляпу. Но как ни рискую  я вызвать  недовольство крайностью примеров, стоит  помнить, что Отто Скорцени был храбрым человеком,  а мусульманский  фанатик, взрывающий себя и невинных - самозабвенный борец за свои идеалы. Поэтому сквозь высокие слова  стоит  приглядеться к реальным  делам и  результатам. Сейчас, когда улеглась пыль и многое прояснилось, сделать это легче чем в те времена. И если  взглянуть на всё  свежим, не замутнённым  штампами  взглядом, может возникнуть  ужасный  вопрос: а не случилось ли так, что, при всех благородных побуждениях наши герои  положили свои жизни (и загубили многие чужие) за идею-фикс?

*    *     *

Идеи-фикс есть у каждого времени. В средние века это были "философский камень" и "эликсир молодости", потом Эльдорадо... Уже в новое время долго занимались вечным двигателем, заявки на него перестали принимать сравнительно недавно.

Думаю,  на сегодня мы знаем  достаточно, чтобы  признать:  идея-фикс нашего времени - социализм. Это не очерковая тема, но в тексте о моём кумире, отдавшем за него свою жизнь, его нельзя не коснуться  хоть кратко. Попыток его построения - и мирных, и с кровью было уже столько, что  сравнение их с запусками вечного двигателя  выглядит вполне уместным. Совпадают и итоги этих попыток. Пусть специалисты спорят о тонкостях, а мы подытожим  очевидное. 

Как ни относись к социализму, никуда не деться от факта, что  после его установления он никогда не живёт - по историческим меркам - сколь-нибудь долго.  Мало того:  даже там, где он какое-то время держится, он постоянно - и это главное - проигрывает капитализму по  главному марксову критерию прогрессивности: по производительности труда.  (Вспомним обе Германии, обе Кореи, маоистский Китай и Тайвань). Он приводит страны к краху особенно быстро, если властвует в них целиком, без примесей  капитализма  (СССР, маоистский Китай, Камбоджа). В "лучшем" случае он обрекает на жалкое существование народы, которые без него  жили бы много лучше (Куба в сравнении с Чили, Северная Корея в сравнении с Южной).

Он не работает при "мягких" попытках, вроде западноевропейской  выкупки заводов в собственность государства (после наступающего упадка их снова продают в частные руки), и  не работает при "силовых"  "запусках" - хоть Гулагом, хоть хуйвэнбинами, хоть камбоджийскими массовыми убийствами. Во всех случаях он перестаёт работать через  исторически короткие сроки. Непонятливым, готовым продолжать "запуски" этого "вечного двигателя", каждый такой крах кажется случайным, но мы помним Маркса: "Закономерное пробивает себе дорогу в виде случайностей".  Живым социализму удаётся оставаться только там, где он  разбавлен реальным (западным) капитализмом, и степень его успехов (хочется взять в кавычки) прямо зависит от дозы капитализма. (Взять хоть Скандинавию, хоть современный Китай. Нынешнее возрождение Китая после "впрыска" "настоящего", западного  капитализма - ярчайшая иллюстрация этой мысли.)

Есть обстоятельства, на недолгий срок cоздающие иллюзию его  жизнеспособности. Первое - то, что он не разваливается мгновенно. Как некоторое  время после толчка крутится "вечный двигатель", так и социализм сперва "работает" - недолго по историческим меркам, но достаточно, чтобы  легковерным  запомнилось: "...надцать лет назад  с социализмом  было всё в порядке!". Иллюзиям помогает и сокрытие властями  прогрессирующего упадка.

Второе - человеческий фактор. Ещё предстоит понять, почему трудолюбие и  добросовестность в новое время развились больше  на  северо-западе  Европы.  Именно высокая трудовая этика,  плюс большая  доля развитого капитализма в Скандинавии создают иллюзию работающего там социализма.

Третий - это ресурсы.  Бесславный конец СССР наступил бы ещё быстрей без нефти. На нефти держатся социалистические потуги некоторых, в частности  Венесуэла  даже умудряется подкармливать Кубу. Примеров работающего без ресурсов капритализма - много, долго работающего без ресурсов социализма - нет. Впрочем, "чистый" социализм, как показал СССР, не спасают и безграничные ресурсы.

Разумеется, этот вынужденно краткий  пассаж провоцирует на старые споры - о "конвергенции",  о пользе социализма  в малых дозах и узких сферах (выполняет же полезные функции яд - соляная кислота - в желудке). Но мы тут не о социализме, а о Геваре и его идеалах. Итоговую их оценку  для нас он упростил сам, выбрав себе весьма, как оказалось, нежизнеспособный  вариант: советский.

Тут надо сделать важное примечание. Мы не станем  пускаться в домыслы - мог ли быть у Гевары другой выбор. История революционных идей  20-го века пошла как она пошла, и врядли могла пойти иначе. Слишком привлекательным был  тогда  "реальный" советский социализм, слишком впечатляющими - потёмкинские деревни его достижений, слишком соблазнительными - посулы  быстрых решений  вековых проблем "на благо всего человечества". Этим миражом увлеклись не только простые души  вроде Гевары, но и многие искушённые интеллектуалы Запада, объединённые Лениным в  категорию "полезных дураков" (имя им легион и сейчас). Так что может и не стоит быть строгими к Геваре и  миллионам поверивших в мираж  его современников (включая и автора этих строк). А вот с тех,  кто не усвоил уроки и по сей день, спрос иной. И тут стоит  снова вернуться  к очерку  "Ну Чё, Гевара?".
 
*     *     *

Каковы идеалы, такие и методы.  - "На практике он (Гевара) не избегал жестокости... ...Отрицал буржуазное судопроизводство: "Чтобы расстрелять контрреволюционера, не надо ни суда, ни следствия"... - Нам не послышалось? Это ведь уже не академическое  "отрицание буржуазного судопроизводства", это - чего уж мудрить - просто бессудные расправы.  Но ни малейших проблем с этим у Быкова.  Убивали-то  для пользы дела! Никаких проблем с этим в нашей ментальности, очарованной революциями и готовой "пускать "в расход" неугодных. Революционному романтику не до этих мелочей.  - "Тот кто не вздрагивал от счастья и тоски слушая "Белла Чао" (партизанскую песню) - ущербен в чём-то главном..." Восхищение Че Геварой столь огромно, что Быков  выбирает его "ролевой моделью" для своего сына.

Хочется ущипнуть себя  и спросить - какой там у нас год на дворе? Что, правда о революциях  попрежнему скрыта  и наш инженер человеческих душ с ней не знаком? Но нет, это не незнание, это выбор.  - "Мне скажут - а как же кубинские диссиденты, гибнущие при попытках к бегству... ...репрессии, ограничения свободы, бюрократизм...  А я скажу - всё это было но каждый видит что хочет." Такое вот вИдение.  Для верности хочется опять взглянуть на календарь. Кто там об ушедшей советской эпохе? Она никуда не ушла из голов,  даже очень талантливых.

К тому, что НЕ ХОЧЕТ ВИДЕТЬ Быков мы ещё вернёмся, а сейчас можно  спросить - что же он ВИДИТ,  что его привлекает? Можно как-то понять чужестранца Гевару, годы назад увлёкшегося фасадами  потёмкинских деревень "реального социализма". Но сейчас, когда эти фасады рухнули и обнажили злобно-нищенские задворки,  когда даже упрямый Кубинский социализм стыдливо, но вводит частную собственность, - трудно сразу понять источник энтузиазма  Быкова.

Но он есть! И если вы прочувствуете и запомните его, вы получите универсальный ключ не только ко взглядам Гевары или позиции  Быкова - вы поймёте самую суть всех левых, от большевиков до западноевропейских социалистов, от оловянных солдатиков азиатских компартий до лощёных американских "либералов". Их суть  -  БЛАГИЕ НАМЕРЕНИЯ и ВЫСОКИЕ ЦЕЛИ как оправдание любых действий и результатов.

Эти действия вроде бы очень различны: на Востоке  убивали миллионами и создавали "светлое будущее"  с колючкой по границам и пулемётами  вовнутрь,  на Западе - "всего лишь" погружали  страны  в невылазные болота долгов, борясь за "счастье трудящихся", понимаемое как  возможность жить хорошо - безотносительно к тому как работаешь (и работаешь ли вообще).  За океаном, извратив идею  Великой Американской Мечты,  в интересах "справедливости" и "защиты природы" душат  самую эффективную в человеческой истории экономику. Разный градус жестокости, разные действа, но един общий знаменатель:  сомнительные "успехи" под гигантским плакатом: - "Мы - с лучшими намерениями!" (С подтекстом: - "Они должны оправдывать всё!").  С трогательной прямотой это озвучено у Быкова: - "Чем бы ни занимался реальный Че Гевара, в последователях своих он воспитывает хорошие качества...".  Мы поняли.  Обещаешь осчастливить род людской "социальной справедливостью"? Не будем приставать с вопросами - что это такое, как её определили и каковы результаты. Простим любые провалы, любую жестокость. Они ведь для "блага  всего человечества"!

Знакомые штампы  и в том, кого Быков выбирает "антитезой" Гевары.  - "Всегда найдутся люди, которых устраивает существующий порядок, а все, кто пытается его изменить, с их точки зрения садисты, желающие построить огромный ГУЛАГ"... - "Кто двадцать раз падал и расшибался, на двадцать первый раз полетит, а тот кто всю жизнь проползал - так и будет ползать в тепле и сырости, и время уйдёт от него бесконечно далеко..."

Тут за версту слышен клёкот горьковского Буревестника. В далёкие школьные годы мы принимали этот выбор - "гагары" или "буревестники", но теперь этого делать как-то не хочется. Кроме очень уж охочих до крови "буревестников" социалистических революций (и  их  предтечей - "буревестников" революции Французской),  Быков мог бы найти для сына  других восстававших против несправедливости. В частности это - участники Американской революции, из которой возникли нынешние США, или герои их Гражданской войны. В них примечательно то, что честно отвоевав и добившись своего, они  просто сложили оружие, примирились с недавними врагами, и вернулись к своим делам. Не было ни массовых расправ, ни многолетних преследований,  ни ломки  общества. "Буревестники" этих революций после "бури" мгновенно превратились в "гагар", да, собственно, они ими и были, только "гагарами" умелыми, знающими и как пустить перья  врагу, и как гнёзда строить.

Впрочем, можно и без Америки  найти для молодого поколения  таких "Буревестников",  которые добились своих целей без морей крови в невоенные времена. Но для этого надо выйти из советской традиции упоения "справедливой" "суровостью" (читай - жестокостью) и приятия убийств "для пользы дела".  За одной из таких альтернатив далеко ходить не надо, но не мудрено, что Быков с его  пренебрежением к "пресловутому абстрактному гуманизму" её не увидел: это участники  "бархатных" революций в Восточной Европе. Они тоже добились того, что им казалось справедливым,  удержавшись от бессудных расправ и массовой мести. Конечно, романтичных триллеров  с очаровательными  "команданте" на их сюжетах  не создашь,  но думаю пора начинать понимать, что у революционной романтики 20-го века  великовата цена:  тысячи и миллионы загубленных жизней в обмен на недолго стоявшие  потёмкинские деревни  и  всегдашние заверения  в  "высоких целях".

Здесь нам пожалуй стоит прямо привести настоящую антитезу Геваре и его делу жизни: это революции не-социалистические (иногда и прямо анти-социалистические и анти-коммунистические).  Примеров, когда энергичные "Буревестники" этих революций силой (но всё-таки без массовых убийств невоенных) насаждали у себя капитализм западного типа,  хватает. Результатом практически всегда был долгий успешный рост этих "жертв", а не кратковременный показушный сверк потёмкинских деревень с последующим безнадёжным упадком.  Чего стоит одна Южная Корея, начавшая с правой диктатуры и долго бывшая у нас предметом злых насмешек, а в итоге  демократизировавшаяся и оставившая нас в придорожной пыли на пути к высокотехнологичному миру. Но самым ярким примером для меня является Сингапур с его великим отцом-основателем Ли Куанг Ю.  Жизнь этого "капиталистического Буревестника" - потрясающая история, создание в кратчайшие сроки ( и без гулагов) процветающей ультра-современной страны на месте вечно грязной азиатщины.  Сверкающие  фасады этой капиталистической диктатуры - не потёмкинские деревни, это её суть. В отличие от социализма они не разваливаются со временем а становятся всё краше. Но многим ли в России прийдёт в голову выбрать Ли Куанг Ю "ролевой моделью" своим детям? Роясь недавно по полкам русских книжных магазинов, в разделе ЖЗЛ я обнаружил прибавления: Леонид Ильич Брежнев,  Константин Устинович Черненко... Замечательные люди. Ли Куанг Ю среди них, естественно, места не нашлось.   

Тут можно было бы поставить точку, но меня подмывает  упомянуть ещё одну "антитезу" Кубинской революции и её "буревестникам":  Чили. Пример этой страны показывает, насколько не-социалистические революции предпочтительнее  социалистических даже в своём наихудшем  варианте.

Не удивлюсь если у многих в этом месте саркастически поднимутся брови - уж не стану ли я рекомендовать Быкову в "герои" генерала  Пиночета. Нет, не стану. За время Пиночета, по разным подсчётам, были убиты и "пропали без вести" около четырёх тысяч человек, многие - без суда и следствия.

Хоть с опозданием и не без борьбы, Пиночет был за это судим, и этот факт можно только приветствовать. Но вот фразу "Справедливость восторжествовала" я произносить воздержусь, и не только потому, что не уверен, достаточно ли он получил за своё. Есть во всём этом перекос гораздо более отвратительный. Чтобы его оценить, нам прийдётся вступить на скользкую тропку численного сопоставления разных  гнусностей, что всегда противно и никогда не точно, но иначе мы просто не почувствуем суть.

Сопоставление  убийств - сомнительное занятие. По мне так и одного черезчур много. Но невозможно не заметить, что четырём тысячам убитых за время "капиталистических преобразований" в Чили противостоят восемьдесят пять тысяч жертв "социалистических преобразований" на Кубе. И что примечательно: в аресте и осуждении Пиночета принимали участие правительства и судебные системы нескольких стран,  это было сделано в несколько лет, а вот против членов правительства Кастро, убивших около восьмидесяти пяти тысяч,  насколько мне известно, за полвека их стараний ни в каких международных трибуналах дела так и не заведены. В масштабах России это около миллиона убитых. Нужны ли ещё доказательства бесстыдного  левачества "мирового общественного мнения", покрывающего "борцов" за "счастье всего человечества"? Убийства "левых" "правыми" ничуть не лучше убийств "правых" "левыми", а убийства ими всеми просто под руку попавшихся - ещё гнуснее. На словах  все согласны, но как только  доходит до действий (и особенно бездействий) про-левацкая однобокость "мировой общественности" вылазит  во всём бесстыдстве.

Теперь нам остаётся сделать то, что я наметил в начале - подвести некий общий итог революций, попытавшись собрать в одной картине и человеческие жертвы и экономические последствия. Сначала это как-то "не звучит", но если это всё-таки сделать - картина получается столь выразительная, что о затраченном времени не пожалеешь.  

Чудовищная  вредоностность социалистических "буревестников" в таком сопоставлении просто режет глаз. Восемьдесят пять тысяч жизней, принесённых  на алтарь социалистической идеи-фикс - загублены ни за что во всех смыслах. (Эта закономерность, как мы уже поняли из  многих попыток, срабатывает при всех социалистических революциях, но мы тут конкретно о Геваре и Кубе). Посверкав - на латиноамериканском уровне - потёмкинскими деревнями  в виде образования и здравоохранения вскоре после "запуска" социализма, Куба в последние десятилетия - всё глубже в болоте. Школярски подражая СССР и в мелочах, она прошла через известную нам борьбу с торговлей частников на рынках ("слишком много получают"), через бесплатные выезды горожан "на картошку" (там - "на сахар"), и пришла к закономерному  карикатурному финалу: к необходимости  импортировать сахар! И это - сахарная моно-экономика!! Ну как тут не заключить, что если социализм ввести в Сахаре, там вскоре возникнет дефицит песка.

Ещё раз подчеркнём: нет оправданий "художествам"  Пиночета. Но не пройти мимо факта, что после установления его диктатуры экономика Чили рванула вверх невиданными в Латинской Америке темпами.  (Правда, это произошло с задержкой и левые аналитики это акцентируют, но это - нечестность. Задержка была вызвана очередным мировым кризисом). В итоге правда взяла своё. Превзойдя всех по темпам, Чили уже в 1991 году обогнала всех "латинов" по удельным показателям и продолжает уходить от соседей вперёд и вверх.

Тут внимательным опять пора меня остановить и спросить - "Почему именно Чили? Ведь у их соседей тоже капитализм..."
В том то и дело что его у них практически нет, как  нет его в племенных и клановых "развивающихся странах", и как нет его у пропитанных коррупцией бывших советских реапублик. Отпущенные - местами - цены ещё далеко не настоящий капитализм, на отпущенных ценах возможны разные уродские построения - кастовый "капитализм" Индии, арабские, азиатские и африканские диктатуры, фальшивый российский псевдо-"капитализм".

А вот Чили повезло, и это наверно единственная, но весьма существенная заслуга Пиночета. Из Америки был привезён "штамм" настоящей капиталистической заразы (или закваски - называйте кому как хочется). За надзор над преобразованиями  взялись известные "чикагские мальчики", бескомпромиссные экономисты-рыночники, и их советы не откладывались и не уродовались: Пиночет в отличие от Ельцина водку не пил и не церемонился. "Твёрдая рука", кстати, сначала требовалась везде, где капитализм не рождался из сути народной (как у западных европейцев), а ему приходилось учить (вспомним Сингапур, Южную Корею, Чили). Фокус в том, что в отличие от социализма, он начинал работать всё надёжнее и в постоянных массовых репрессиях не нуждался.

Моя работа на медном комбинате Антофагасты пришлась на время, когда память о Пиночете была  ещё довольно свежа. Как и в других местах, я наслаждался своей "двойственностью": те, кто одобрял Пиночета, тянулись ко мне потому что я был "из Америки", люди же левых взглядов благоволили ко мне потому что я был русский.

Я не знаю как выглядело Чили "до того", но некоторые любопытные моменты "после-пиночетовского" времени запомнились, например резкое отличие "распорядка дня" от, скажем, бразильского, где массовые вечерние развлечения - даже в будние дни - начинались к полуночи. Немаленький город Антофагаста, за исключением немногих "злачных мест", к поздним вечерам затихал: ведь завтра на работу...

Открытых споров о Пиночете я не видел, но со мной люди не стеснялись и обсуждали не боясь. Не только в ранних засыпаниях и спокойном обсуждении Пиночета, но и в чистоте улиц, и в том, что у дворца  Ла Монеды после всех тяжёлых перетурбаций стоит скульптура Альенде, мне увиделось что-то северо-американское. Похоже, "вирус" "настоящего" капитализма - больше чем  организация производства с максимумом конкуренции и минимумом взяток: отсутствие многолетних массовых репрессий и быстрое превращение слоёв политических противников в деловых партнёров - его "симптомы".

Очень показательна судьба самого "героя", проведшего эти перемены и одновременно нарушавшего права человека - Пиночета. Если кто подзабыл - Альенде сбросили и убили в 1973 г., но в 1978 - 1980 гг. Пиночет снял "осадное" и "чрезвычайное" положения. В 1990 он ушёл с президентства, и новый, гражданский президент начал против него расследование о нарушении прав человека, вылившееся в 1993 в судебное дело против тех кто убил Летельера. В 1998 Пиночет ушёл из армии но оставался сенатором, однако в 2000 их Верховный Суд снял неприкосновенность, и в 2001 старый диктатор был обвинён и помещён под домашний арест... Можно сказать - он вовремя умер.

Тут самое время спросить - а что же с Чили сейчас? "Настоящий" капитализм - хоть он и не "вечный двигатель" - там упорно работает. Нет, он не претендует на иммунитет от мировых кризисов, темпы роста по годам колеблются. Но открыв англоязычный интернет, желающие увидят статьи: "В 2006 году - наивысший доход на душу населения в Латинской Америке"... "Чили - самая "глобализированная" страна Латинской Америки"... "Одна из наиболее стабильных и зажиточных стран Латинской Америки"... "Экономика Чили продолжает расти высокими темпами"...

Нам можно вернуться к моему кумиру юности. Иногда в голову приходит вопрос - кем бы был Гевара, родись он чуть позже и проживи дольше? Согласен - вопрос праздный, и формально его можно отвергнуть. Но можем же мы вообразить. Не знаю как вам, а мне Гевара в более поздние годы представляется соратником "Карлоса", ныне коротающего время во французской тюрьме. Того самого Ильича Рамиреса Санчеса (это не моя выдумка, его действительно так зовут), который так бесстрашно носился по крышам европейских домов, и боролся с капитализмом убивая полицейских... Храбрый человек, убеждённый марксист-ленинец, с 70-х - при всём своём латиноамериканском происхождении - член  "Народного Фронта Освобождения  Палестины". Чем не "ролевая модель" для нынешних российских детей? Правда, кто-то дал ему кличку - "Карлос-шакал", но это наверно от зависти.

Как я уже сказал - мы здесь не о Быкове, а о Че Геваре. Но Быков так великолепен в своей политический сатире, что невозможно удержаться от восхищения. И удивления. Как можно иметь такую зоркость к российским дефектам, и одновременно такую слепоту к их источникам - "государственничеству" и социализмам всех мастей - остаётся только гадать. А закончить можно  высказываниями Дж. Голдберга: "Умберто Фонтова описал Гевару как смесь Берии и Гиммлера... ...Гевара был неплохим писателем, но та же муза вдохновляла Гитлера на создание "Майн Кампф"... Его (Гевары) девизом было - "Если есть сомнения, надо убить". ...И он безусловно убил больше диссидентов и любителей демократии чем Муссолини. ...Вы бы надели одежду с портретом Муссолини на своего ребёнка? И позволили бы ему пить из чашки с изображением Гиммлера?" Задайте этот вопрос Быкову, когда увидите его выбирающим футболки себе и сыну.