Бостонский КругозорМЕДЖЛИС

ЧЕРНЫЕ ВРЕМЕНА

31 июля 1944 г. Государственный Комитет Обороны (ГКО) СССР «в целях улучшения условий на государственной границе Грузии» принял Постановление № 6279 под грифом «Сов. Секретно» за подписью Сталина о выселении из Грузии целого ряда «неблагонадёжных» народов в республики Средней Азии: Казахстан,Узбекистан и в Киргизию. Для турков-месхетинцев тоже началось чёрное время: их было выселено около 90 тысяч – мусульман, проживающих в Месхетии и Джавахетии.



Родился в 1950 г. в Узбекистане. В 1973 г. окончил филфак Ташкентского госуниверситета. Как офицер (в университете была военная кафедра) отслужил два года в Забайкалье. Затем – работа военруком в техникуме, потом занялся профессиональной журналистикой: корреспондентом, ответственным секретарём, редактором районной газеты, редактором районного радиовещания. В результате массовых кровавых погромов турков-месхетинцев в 1989–90 гг., известных как «Ферганские события», вместе с почти всем турецким населением Узбекистана бежал из республики. Обосновался в Краснодарском крае, откуда, впрочем, из-за отсутствия элементарных прав человека, был вынужден вместе с другими переселиться в США, которые приняли турков-месхетинцев в качестве беженцев.

Энциклопедическая справка

Турки-месхетинцы – тюркоязычный народ, происходящий из области Месхетия в Грузии и в настоящее время рассеянный по территории бывшего СССР и отчасти в Турции. Турки-месхетинцы проживают в Казахстане (около 90 тыс. чел.), Азербайджане (около 70 тыс.), России (от 50 до 70 тыс.), Киргизии (около 30 тыс.), Узбекистане (около 15 тыс.), Украине (около 7 тыс.). Общая их численность на территории бывшего СССР – 260–280 тысяч человек. По всему миру, по разным оценкам, турков-месхетинцев – до 300, и даже до 750 тысяч человек.

Территория исторической Месхетии соответствует трём районам Грузии: Адигенскому, Ахалцихскому и Аспиндзскому, входящим в край Самцхе-Джавахети, а также сопредельным районам Турции. Небольшая группа месхетинцев жила на востоке Аджарии и северо-востоке современной Турции.

Турки-месхетинцы говорят на одном из восточноанатолийских диалектов турецкого языка. Согласно предположению некоторых языковедов о существовании особого месхетинского языка, считается, что он является непосредственным продолжением старотурецкого, на котором говорило тюркоязычное население Анатолии в средние века.

До 80–85 % турок-месхетинцев свободно владеют русским языком. Верующие – мусульмане-сунниты.

Экскурс в недалёкую историю

31 июля 1944 г. Государственный Комитет Обороны (ГКО) СССР «в целях улучшения условий на государственной границе Грузии» принял Постановление № 6279 под грифом «Сов. Секретно» за подписью Сталина о выселении из Грузии целого ряда «неблагонадёжных» народов в республики Средней Азии: Казахстан,Узбекистан и в Киргизию. Для турков-месхетинцев тоже началось чёрное время: их было выселено около 90 тысяч – мусульман, проживающих в Месхетии и Джавахетии. Выселены даже целые районы: Ахалцихский, Адигенский, Аспиндзский, Ахалкалакский и Богдановский, некоторые сёла Аджарской АССР. По заверению Берии, все это было предварительно согласовано с руководством республики Грузия. Цель – во что бы то ни стало избавиться от мусульман и заселить на их место грузин-христиан. А в это время на фронтах Великой Отечественной защищали Родину от фашистов 46 тысяч турок. Половина из них погибла, сотни были награждены медалями и орденами, а восемь из них удостоены звания Героя Советского Союза.

Выселение проводилось оперативно: к началу ноября 1944-го все вышеназванные районы Грузии блокировали войска. Там объявили военное положение, и в ночь с 14 на 15 ноября началась депортация.

Депортированных больше месяца везли в 57-ми эшелонах – по 8–10 семей в товарном вагоне – через Сибирь и Каспий. По дороге 17 тысяч человек, в основном старики, женщины и дети, умерли от голода и холода. На станциях оставались сотни трупов.

Турков-месхетинцев, высланных по тому сталинскому приказу из Грузии, депортировали в Среднюю Азию, где они трудились в основном на хлопковых полях. В 1989-ом, в результате событий в Ферганской долине, после кровавых погромов многих эвакуировали в среднюю полосу России. А уже оттуда часть из них перебралась на Кубань, скупив дома без надлежащего оформления документов у отъезжающих в Крым татар. В ответ местные власти заявили о незаконном въезде турок на территорию Краснодарского края. Отказали в российском гражданстве, отказались даже регистрировать их по месту жительства, без чего ни в поликлинику не обратиться, ни старикам пенсию оформить. Да и местные казаки не скрывали враждебность к туркам и вообще «кавказцам».

В Грузии же власти и вовсе отказались принимать высланных турок.

Критической ситуацией, в которой оказался горемычный народ, заинтересовалась Международная организация по миграции (IOM). Помощь пришла от США, которые примут у себя 20 тысяч турок-месхетинцев. Более 13 тысяч человек уже в нашей стране. Нынче на Кубани осталось около двух с половиной тысяч турок-месхетинцев, часть из которых тоже отправится в Америку.

Разве можно забыть?!.

В Массачусетсе, в городе West Springfield, проживают около 100 семей турок-месхетинцев, вынужденных бежать из России. Начинают отвыкать от прежних страхов и привыкать к жизни в условиях реальной свободы. Но память разве спрячешь в карман? И вот, незадолго до Нового Года провели беженцы День памяти жертвам депортаций. Пришли ветераны Великой Отечественной. Свидетели, пережившие репрессии.

И молодёжь, тех репрессий не знавшая, но успевшая ощутить в России свою «второсортность», тоже пришла. Просмотрели документальный фильм о тех чёрных событиях 44-го, 89-го, 90-го. Представители духовенства читали Коран, были совершены традиционные национальные и религиозные обряды.

Начал Закария Касимов – один из организаторов митинга. И пошли откровения. Люди хотели высказаться.
 


Мулла Юсуф Ходжа

Мулла Юсуф Ходжа:

– Разве может исчезнуть горечь унижений: долгие годы мы боялись совершать религиозные обряды, отваживались на это со страхом, иногда под дождём, снегом, скрываясь в лесах Краснодарского края. Я и моя семья иммигрировали как беженцы лишь два месяца назад. Даже не верится, что моему народу предоставили шикарное здание под Мечеть, за что все мы – вынужденные беженцы турки-месхетинцы – глубоко благодарны местной власти, администрации города West Springfield.
 


 


Мавлюд Биналиев

Мавлюд Биналиев:

– Мне было восемь лет. Отец – на фронте. Оба дяди тоже на фронте. Никто из них не вернулся с войны, остались от них на вечную память только три чёрных письма. Мы – пятеро детей – жили с мамой одни. Однажды ночью в нашу дверь постучались. Мы все проснулись, мать, дрожа, открыла. Сказали: «Приказ Сталина: вас переселяют, продукты брать строго на три дня, на сборы – два часа».

Мы стали плакать...

Вооружённые солдаты посадили нас в машины, а потом – в товарные вагоны. Везли на пароме, затем опять в поезде. Очень долго ехали. Был уже декабрь, холодно. От грязи у всех завелись вши. Вот в таких невыносимых условиях: босые, полураздетые, окружённые источающими резкий запах трупами (он и сегодня преследует меня) мы, чудом выжившие, приехали в Узбекистан.

Расселили нас в землянках. Местное население умирало от голода, ели жмых (комбикорм), а ранней весной – молодую люцерну (клевер). От такой еды стали массово отекать и умирать. Хоронили по несколько человек в день. Люди устали ходить на похороны. Каждая семья стала хоронить своих близких сама. Почти все мои родственники тогда умерли.

Сегодня здесь присутствуют и молодые. Дети мои! Никому, даже врагу, не пожелаю пережить такое! Говорят, что там, где ты родился – это твоя Родина. Но ведь Родина должна быть матерью, а не мачехой. Нам жизнь показала, что материнское отношение мы ощутили совсем не там, где родились, а на другом полушарии.
 


Алисултан Азизов

Алисултан Азизов:

– Когда нас депортировали, мне было десять лет. До сих пор вижу в снах своё детство, проведенное на родине. В 1943-ем нашу семью выслали в Сибирь за то, что отец попал в плен. Так он и не вернулся. А мы, находясь в тюремных условиях, рубили в Сибири лес. Через 20 лет нашли родственников в Узбекистане.

В Америке мы проживаем уже второй год. Слава Аллаху – здесь нет нацизма и геноцида! Здесь к нам относятся по-человечески.
 



Ансар Ахмедов

Ансар Ахмедов:

– В 1989–90 годах во время ферганских событий – погромов в Узбекистане – наши люди бросали дома и уезжали в разные республики бывшего СССР. Но и там не раз становились жертвами насилия и притеснения только из-за своей национальности. Стремление же вернуться на историческую Родину – в Грузию – до сих пор не осуществляется, хотя прошло уже 63 года.

Мехти Анвар оглы:

– Я родился в Узбекистане, учился в узбекской школе, говорю на узбекском лучше любого узбека. Но мы всегда чувствовали себя чужаками, всегда помнили о своей «не такой» 5-й графе анкеты. Никогда не забуду случай из моего детства. Мне тогда было лет семь–восемь. Мы с ровесниками игрались. На велосипеде подъехал отец, посадил меня на велик и мы отъехали далеко от деревни. Остановились возле речки, легли на траву, отец задумался, стал разговаривать сам с собой. Смотрю я на отца – и вижу на его глазах слёзы. Тогда и я заплакал. Отец обнял меня и говорит: «Я плачу, потому что скучаю по Родине. А ты почему? Не надо плакать».

Отец умер, когда ему было 53 года. Мне же исполнилось 20. Последние слова его были:

– Мне так хотелось умереть на Родине.

Прошло пять лет. Я – офицер Советской армии. Предоставили очередной отпуск и я поехал в Грузию, на Родину отца. Офицерам разрешали въезд в любую точку СССР, а других турок-месхетинцев не допускали без особого разрешения. Прибыл по месту назначения, зарегистрировался в военкомате. Пошёл к дому моих родителей, взял возле него кусок земли. Подошёл к старому ручейку и набрал из него в термос воду. Пробыл я в тех местах две недели. Скучно стало: нет здесь моего народа, да и проживавших там грузин тоже депортировали.

Вернулся домой в Ташкент, рассказываю – не верят. Показываю проездные – поверили. Достал из чемодана термос с водой из родника «Чурук пувар». Собрались все старики. По очереди пьют, плачут, слёзы падают в чашу, пьют воду вместе с ними.

Дядя говорит:

– Сын мой, подойди поближе, поцелую твои глаза – они видели мою Родину.

На следующий день несколько человек пошли на могилу моего отца. Положили туда землю, которую я привёз с его Родины.

Поможет ли эта земля спокойно лежать в могиле отцу моему?

...На вопрос, почему у моего народа глаза чёрные, есть ответ: потому что они много плакали. Целых 63 года.

Бог един!
Пророк есть, верно.
Родина одна!
Жизнь без веры – сатана.
Надежда велика:
И на нашей улице
Зазвучат довул и зурна!..

(Перевод с турецкого).

Фото Икрама АХМЕДОВА.