Бостонский КругозорКорни

ОРУЩИХ КАМНЕЙ ГОСУДАРСТВО

Сегодня мне кажется, что это путешествие я замыслил давно: еще маленьким мальчиком, слушая не слишком пространные воспоминания моего деда о Тбилиси, где он родился и вырос, о городе Карсе, откуда родом его отец, а мой, стало быть, прадед, – расчертил, распланировал, распределил. Пересчитал все церкви и храмы, которые хотел посетить, перечитал всю возможную литературу...

Заметки пристрастного путешественника

Сурен МАРКОСЯН,
Сан-Франциско

Окончание см. «Кругозор», декабрь 2006 г.


Сегодня мне кажется, что это путешествие я замыслил давно: еще маленьким мальчиком, слушая не слишком пространные воспоминания моего деда о Тбилиси, где он родился и вырос, о городе Карсе, откуда родом его отец, а мой, стало быть, прадед, – расчертил, распланировал, распределил. Пересчитал все церкви и храмы, которые хотел посетить, перечитал всю возможную литературу... Последним толчком стала фотография, подаренная деду год назад одним знакомым: старинный плотный кусок картона, на котором изображён весьма представительный господин с белой окладистой бородой и в традиционном для того времени тёмном костюме. Под портретом – печать с надписью по-русски: «Фотографiя С. М. Тосуньяна въ Карсе. Поставщикъ Намъстника Его Императорского Величества на Кавъказе». Я слышал, что кто-то из нашей родни в Карсе был фотографом. И хотя понимал: вряд ли удастся проследить жизненный путь этого неизвестного родственника, повод, чтобы как можно скорее отправиться в дорогу, был найден.

 Не пылит дорога, не дрожат кусты

Маршрутное такси Ереван – Тбилиси представляло собой переделанный грузовой микроавтобус с узкими сидениями, уместившими максимальное количество народу с минимальным комфортом. Но теснота сближает, и пассажиры маршрутки, узнав, куда лежит мой путь, проявили ко мне огромный интерес.

На туманном и холодном перевале на границе Армении и Грузии стояла будка. Вокруг – зелёные горы, покрытые лесами. Сверху спускаются облака. По обе стороны дороги, вдоль полей и холмов границу переходят коровы. Всё просто. Нет ни забора, ни колючей проволоки. Озябшие солдаты подняли шлагбаум. Добавив к низким белым облакам клубы едкого черного дыма, автобус тронулся.

 Город церквей, свадеб и бандитов

Изучение Тбилиси я начал со знаменитых серных бань, в некогда армянском районе. Поднялся в старую крепость, откуда виден весь город. Очень много церквей, их трудно сосчитать. Строительство нового собора, самого высокого и большого здания в городе и, наверное, во всей Грузии (бедный Светицховели!), почти закончено. Местные жители говорят, что погибло уже много рабочих, и так, мол, оно и должно быть.

Была суббота, и по всему городу, непрерывно сигналя, носились разнаряженные свадебные кортежи. Правил дорожного движения для них не существовало – люди женились и выходили замуж.

Спустившись вниз, уже по другой дороге, я подошёл к обветшалой церкви, во дворе которой по-армянски ругались две старухи. Это была армянская церковь Григория Просветителя. Справа от входа – могила Саят-Новы. В церкви – обряд венчания и много людей.

Пообщался с местным армянским населением. Сказали, что их здесь двести тысяч, и что жизнь вполне приемлема. В Ереван никто не переезжает. Если и едут, то в Америку. Узнав, что в этом районе жил мой дедушка, и я бы хотел найти то место, где стоял его дом, все почему-то набросились с упреками на одного армянина в синем пиджаке, мол, а вот он не хочет поехать посмотреть родину своего дедушки и вообще не знает, откуда тот родом.

 Ограбление по-грузински

О том, что разгуливать по Тбилиси в тёмное время суток одному опасно, меня, конечно, предупреждали. Родственники, друзья, знакомые, попутчики в автобусе – все, кто мог. Но пока я обошёл весь город, стало темнеть. Пора было двигаться в сторону вокзала, чтобы успеть на ночной поезд до Батуми. До вокзала было пять километров. Выйдя из центра, перешёл мост через реку и очутился в рабоче-спальном районе с маленькими магазинчиками, базарчиками и большим количеством людей, ожидающих транспорта, или идущих по улицам домой. Стало совсем темно. Когда до вокзала оставалось не более 300 метров, рядом возникла подозрительная личность маленького роста и в сером пиджаке. Покосившись на GPS-навигатор, и, скорее всего, приняв его за мобильный телефон, незнакомец задрал левый рукав пиджака, потыкал пальцем в запястье и что-то спросил по-грузински. Думаю, хотел узнать точное время. Я по-русски ответил, что не знаю. И тогда вместе с материализовавшейся из темноты второй подозрительной личностью – на сей раз, высокого роста – они стали молча заталкивать меня в подворотню. Я быстро спрятал GPS в карман и также молча заехал коротышке по физиономии. За что, вполне резонно, тут же получил в ухо. После следующего моего удара, высокий тип нарушил тишину и, что-то вереща, почему-то стал отступать. Видимо, призвал компаньона последовать его примеру. Враг растворился в темноте, так и не узнав который час. Наверное, решили спросить у кого-нибудь другого.

 Синее черное море

Поезд до Батуми ехал медленно, скрипя, стуча, кряхтя. К утру в окне показалось море. В Батуми бросалось в глаза большое количество ажурных зданий времен российской империи, а также постройки позднего времени, возведенные для решения жилищного вопроса.

В Сарпи, приграничном с Турцией городе, переход границы пешком занял совсем немного времени. Увидев синий паспорт, грузинский пограничник радостно воскликнул “America! Good Morning!”. “Доброе утро”, – ответил я на чистом русском и, разглядев на его лице глубокое разочарование, ступил на турецкую землю.

Сразу за воротами стояло несколько машин и микроавтобусов. Таксисты, используя смесь английского, русского и турецкого языков, стали предлагать довезти меня до Хопы – ближайшего турецкого города – за 4 доллара. Минуя все автомобили, я направился к мечети у моря, вслед раздались возмущённые возгласы, призывы к благоразумию и здравому смыслу. Мой навигатор показывал: до Хопы 18 километров, и я решил идти пешком. Таксисты, наблюдавшие за мной издалека и не терявшие надежды, что я вернусь, бросились вдогонку. Снизили цену до трёх долларов, я согласился.

Границу перешла девушка с большим рюкзаком и светлыми вьющимися волосами. Объяснив, с моей помощью, что проезд стоит теперь уже три доллара, один из таксистов усадил девушку в машину, и мы поехали. Город Хопа оказался маленьким приморским городком с придорожным автовокзалом. Автобус в Карс, куда направлялся я, уходил через несколько часов, так же, как и автобус в Стамбул, куда ехала девушка.

Девушку звали Доротея. Она покинула родную Швейцарию несколько месяцев назад, начала свое путешествие из Китая и, пройдя Россию, Среднюю Азию и Закавказье, оказалась здесь, на побережье Чёрного моря. Доротея говорила неплохо и по-русски, и по-английски, но скоро мы перешли на немецкий – так было проще обоим.

Пока мы ждали своих автобусов на вокзале, прикатила самодельная печка, топившаяся досками от коробок из-под овощей. На ней жарили каштаны. Человек с печкой принялся раздавать каштаны людям вокруг, даже не пробуя их продавать.

До Карса по прямой около 170 километров, и я прикинул: около 3-х часов пути. Дороги в Турции хорошие, места живописные, мы ехали по ущелью, через горы, холмы и крутые повороты. В окне мелькнули развалины церкви, стоявшей на холме. По обе стороны дороги то и дело попадались совершенно одинаковые минареты, похожие на ракеты. Наверное, их штампуют на одном заводе, а потом развозят на грузовике по деревням. А может быть, это и есть ракеты, которые при первой же необходимости поднимутся в воздух вместе с поющими на них муэдзинами.

Мы то и дело останавливались в разных городах, пили чай, а один раз даже зачем-то мыли автобус большими щётками. Вопреки всем моим расчетам, в Карс прибыли поздно вечером, после более чем семи часов пути.

Удалось договориться с привокзальным таксистом, знающим 12 слов по-английски, что рано утром он повезёт меня в Ани – 45 километров от Карса, на границе с Арменией.

 

Армения-Грузия-Турция
(Продолжение следует)